Как благие намерения позволили нацистам украсть 22 ящика картин: отрывок из книги «Исчезнувший музей»

26 ноября, 2021
Читать: 7 мин

Немецкие оккупанты изымали во Франции целые частные коллекции, полные картин, скульптур и других предметов искусства; большая часть этих собраний принадлежала французским евреям. Журналист и писатель Гектор Фелисиано много лет восстанавливал историю конфискации и искал следы потерянных картин: опираясь на его исследования, наследники нескольких ограбленных семей смогли получить назад украденные реликвии. «Цимес» публикует отрывок из книги Фелисиано «Исчезнувший музей», недавно вышедшей в издательстве «Слово»

Кстати, Гектор Фелисиано уже во вторник, 30 ноября, в 19:00 прочтёт онлайн-лекцию по этой теме (будет синхронный перевод на русский язык). Он расскажет, как были похищены и куда потом пропали более 100 тысяч одних только картин из одной только Франции — и это не говоря уже о мебели и книгах — и что помогает отыскать их следы. 

Это бесплатно, нужна только регистрация. Лекция организована Институтом Сервантеса в Москве и издательством «Слово» при участии espaniero.ru и при поддержке Ибероамериканского культурного центра.

Гектор Фелисиано

«Исчезнувший музей»

Перевод с испанского: Надежда Беленькая
Издательство «Слово» / Slovo

«Восьмого апреля 1941 года Военная канцелярия по охране произведений искусства, небольшое армейское подразделение, заброшенное в провинцию волной конфискаций, предупредило по телефону Дирекцию музеев Франции о том, что Оперативный штаб планирует обыскать замок Сурш и конфисковать коллекцию Дэвид-Вейла*. 

Не зная точной даты операции, находившийся в Париже Жожар** срочно направил в замок своего заместителя, чтобы предотвратить грабёж. Не довольствуясь этими мерами, 10 апреля Жожар лично явился к Фернану де Бринону, представителю правительства Виши в оккупированном Париже, чтобы сообщить об угрозе, нависшей над коллекцией. 

Напрасно Жожар пытался надавить на бюрократические и политические рычаги. Не обращая ни малейшего внимания на протесты французских музеев, 11 апреля в половине первого на четырёх грузовиках в замок Сурш прибыл представитель Оперативного штаба.

Жак Жожар. Фото: Wikimedia Commons
Жак Жожар. Фото: Wikimedia Commons

Заместитель Жожара и Жермен Базен, куратор, ответственный за сохранность собрания, вышли навстречу немцам. Не в силах остановить нацистов, оба служащих потребовали создать одновременно две описи: одну подготовят немцы, другую — французы. Этот второй документ, как они надеялись, понадобится им в случае, если когда-нибудь начнётся судебное разбирательство по поводу принудительного изъятия коллекции.

Вскоре нацисты из Оперативного штаба погрузили все 130 ящиков в грузовики и двинулись в сторону Парижа. Жожар направил официальный протест немецким оккупационным войскам и Военной канцелярии по охране произведений искусства, но, как мы уже знаем, эта служба вермахта никак не могла повлиять на действия штаба. Ящики, помеченные инициалами DW, поступили в Жё-де-Пом, где по уже отработанной схеме были тщательно описаны, рассортированы и затем отправлены в Германию.

Конфискация коллекции возмутила нескольких чиновников правительства Виши. Министр образования, ответственный за французские музеи, написал письмо заместителю Петена, адмиралу Франсуа Дарлану, умоляя потребовать у оккупационных властей вернуть произведения. Однако французские чиновники ничего не добились. По правде говоря, в этом случае, как и во всех остальных проектах, касавшихся верхушки нацистской иерархии, пространство для манёвра у вишистов было минимальным, если не отсутствовало вовсе.

Лувр, 1940 год. Фото: Bundesarchiv, Pierre Jahan/Archives des museés nationaux
Лувр, 1940 год. Фото: Bundesarchiv, Pierre Jahan/Archives des museés nationaux

В замке Марей-ле-Гийон конфискация оказалась результатом каких-то нелепых случайностей и всеобщей безалаберности. То, как это происходило, можно ёмко описать словами „благими намерениями вымощена дорога в ад“.

В один из летних дней 1940 года директор лицея города Нофль-ле-Вье, некто Рене Лан, уроженец тамошних мест, разъезжал по региону, сообщая учащимся о возобновлении работы школы после заключения 22 июня перемирия между Францией и Германией. По пути Лан остановился около замка. Там он узнал, что Марей-ле-Гийон недавно был разграблен местными воришками, однако в нём до сих пор висят картины, принадлежащие французским государственным музеям. 

Заинтригованный и движимый желанием сделать доброе дело, директор вскоре явился в замок в сопровождении двух мэров соседних селений, чтобы в их присутствии составить протокол. Двери замка были распахнуты, кругом царил хаос. Вошедшие заметили висевшие на стенах картины и уже упомянутые 22 ящика: не имея представления об их ценности, местные мародёры оставили их без внимания.

В одной из комнат троица обнаружила несколько вскрытых ящиков и из одного из них извлекла две монотипии Дега. 

Добросовестный государственный служащий и художник-любитель, Лан счёл своим долгом спасти покинутые произведения. Имея самые благородные намерения сберечь то, что, по его мнению, принадлежало государству, Лан для сохранности перевёз некоторые находки в свой дом. Одновременно он уведомил руководство национальных музеев о наличии в замке культурных ценностей, но музеи из-за бюрократической неразберихи предпочли не брать на себя ответственность. 

В прошлом - коллекция Эдуарда де Ротшильда. Фото предоставлено идзательством «Слово» / Slovo
В прошлом — коллекция Эдуарда де Ротшильда. Фото предоставлено идзательством «Слово» / Slovo

Получив отказ французских властей, Лан почувствовал, что должен взять дело в свои руки. Он вернулся в замок с повозкой и забрал остатки коллекции. Когда он снова связался с музеями, руководство Лувра сообщило, что работы принадлежат не государству, а господину Дэвид-Вейлу, владельцу замка. Но примерного гражданина это не успокоило, он по-прежнему был полон решимости защитить шедевры любой ценой.

Позднее Лан узнал, что по приказу оккупационной армии следовало сообщать немецким властям о любой коллекции стоимостью больше 100 тысяч франков.

Прилежный директор лицея, ориентируясь на букву закона, в гражданском порыве исполнил военное предписание и проинформировал немцев о ящиках, найденных в замке.

Наивный Лан даже попросил их выделить ему транспортное средство, чтобы самостоятельно доставить произведения в Лувр. 

Не теряя времени, нацисты откликнулись на настойчивый призыв Лана. Через несколько дней, в августе 1940 года, как только новость достигла сотрудников Оперативного штаба, к Лану явились солдаты и забрали ящики.

Так, если бы не чрезмерная щепетильность директора лицея, не ведающего об истинных намерениях немецких оккупантов, ящики, быть может, спокойно пережили бы войну в замке».

* Дэвид Дэвид-Вейл (1871–1952) — французско-американский банкир, коллекционер и филантроп.
** Жак Жожар (1895–1967) — французский музейный работник, назначенный в 1940 году директором Объединения национальных музеев Франции. Активно и с большим риском для жизни помогал спасать от нацистов произведения искусства.

Читайте также:

О нас

«Цимес» — еврейский проект, где рады всем

✡️  «Цимес» — самое еврейское место во всем Рунете. Каждый день мы пишем о жизни современных евреев в России и ищем ответы на волнующие нас вопросы — от житейских до философских. А если сами не можем разобраться, всегда обращаемся к специалистам — юристам, психологам, историкам, культурологам, раввинам.

Жизнь современных евреев