РАССЫЛКА
Наша еженедельная рассылка от редакции и друзей проекта

«Мой прадедушка мне не родной»: как я искал свои еврейские документы, а нашёл семейную тайну

Что делать, если вы слышали что-то о родословной бабушки, но подтверждения у вас нет? Куда бежать, кого спрашивать и как искать документы для консульства (или просто чтобы узнать побольше о своей семейной истории), «Цимесу» рассказал 33-летний проджект-менеджер из Рамат-Гана и генеалоглюбитель Никита Оз Наконечный

— До поездки на «Таглит» моя еврейская история могла бы поместиться на визитку коммивояжёра, но дальнейшее развитие сюжета сформировало моё убеждение: жизнь состоит из деталей, и дальше вы поймёте почему.

В нашей семье история с еврейством довольно классическая — когда ты толком ничего не знаешь, но слухи про бабушку-еврейку доносятся. Бабушка шифровалась хорошо: в дом приходили друзья и родственники, готовящиеся к отъезду в Израиль, звали бабушку с собой, но меня это нисколько не смущало, и я бабушку в еврействе даже не подозревал. Как известно, еврейское сознание советского человека было подавлено, а имя изменено: Ганущинер Хаю Лейбовну все звали Кларой Львовной.

Прапрадедушка и прапрабабушка — Ганущинер Лейб Мордухович и Ида Иосифовна
Прапрадедушка и прапрабабушка — Ганущинер Лейб Мордухович и Ида Иосифовна

Окей, бабушка еврейка, а что дальше? Было совершенно непонятно, что с этим делать. Друзья в университете спрашивали меня, не еврей ли я сам, и у меня зарождалась мысль: а что, если и во мне что-то такое есть?

В 2006 году начальник моего брата позвал его на «классную вечеринку». Брат повсюду таскал меня с собой, и вот мы вдвоём оказались в недавно открывшейся синагоге Хабаровска: этой вечеринкой была Ханука. После ещё одного праздника моя еврейская история семь лет стояла на паузе, пока двоюродная сестра не рассказала мне про «Таглит» — бесплатную поездку в Израиль.

Пару раз в год в Хабаровск приезжал консул, и уже после «Таглита» я решил проверить документы. У меня не было мыслей о репатриации, но я был удивлён, когда моего железобетонного документа — свидетельства о рождении бабушки, где написано, что её мама еврейка; документа, которого хватило для поездки на «Таглит», — оказалось недостаточно.

Консул попросил принести дополнительные документы, но я понятия не имел, где их брать, а главное, как их искать. Так началась моя детективная история.

Лучший источник информации — родственники: живые люди, у которых в голове (полностью или частично) сохранилась семейная история. Берите всё, что дают: так можно будет наметить основные факты и направления поисков. Узнав от родственников максимум информации, переходите к загсам — именно там хранятся записи о рождениях, браках и смертях. В загсе есть приёмные дни для получения справок: контакты и расписание легко найти в интернете.

Загс выдаёт два типа документов: справки (о рождении, о смерти) и свидетельства (о браке, о смерти). Чтобы получить документ, нужно оплатить госпошлину: 250 и 350 рублей соответственно. Справка — это бумажка с печатью загса, обладающая юридической силой. На мой взгляд, лучше запрашивать именно её, а не пытаться восстановить свидетельство о рождении: не все знают, но в справках национальность тоже указывают. Кроме того, в справке может оказаться дополнительная информация — скажем, в справке о смерти пишут, кто получал документы умершего и кем умерший приходится этому человеку. Это даёт нам новые имена и адреса — детали, которые иногда бывают очень важными.

С помощью своего загса можно обратиться в загс другой страны. У меня были сведения, что прабабушка родилась в Черкассах. Через загс, к которому я приписан, я обратился в загс Украины. Попутно, заполнив специальный бланк, сделал запрос в Министерство юстиции (тоже через загс). Пока я восстанавливал документ на мою прабабушку, нашлись записи из раввината о рождении моего прапрадедушки. Обращение в Минюст стоит около 1000 рублей.

Прабабушка в молодости и бабушка с мамой
Прабабушка в молодости и бабушка с мамой

Если данных, добытых в загсе, недостаточно, следующий шаг — архивы. Там хранится другая информация, всё не так формально и всегда есть место человеческому фактору. Бывает, что сотрудникам самим становится интересно, когда ты приносишь всё новые детали, и в какой-то момент у меня даже появились «свои люди» в архиве, которым можно позвонить и попросить кое-что проверить. И такое бывает.

Практически в каждом городе есть свой государственный архив. Обратившись туда, я нашёл название завода, где работала моя прабабушка, но, чтобы посмотреть информацию о нём, меня направили в Городской центр хранения документов — туда по истечении 75 лет направляются личные дела сотрудников предприятия. Так у меня на руках оказалась прабабушкина трудовая книжка с перечислением мест работы. Я запросил информацию по этим четырём организациям, и мне нашли личные дела.

Личное дело — кладезь информации. Оно, как правило, содержит фотографию, автобиографию и важные вехи жизни. Когда ты читаешь историю, написанную членом твоей семьи много лет назад, это непередаваемые чувства. В анкете прабабушки было написано, что она говорит «на еврейском языке» (имеется в виду идиш) и училась несколько классов в еврейской школе.

Из личных дел я узнал, что муж моей прабабушки — не мой родной прадед. Прабабушка писала в автобиографии, что её муж исчез, и это стало открытием для всей нашей семьи.

В России существует масса тематических архивов. Прежде чем обращаться в них, важно понять: участвовал ли ваш родственник в войне? Был ли жертвой репрессий? Находился ли в эвакуации? Помогал ли ему в этом Красный Крест? Недавно благодаря запросу в эту организацию я помог одной женщине репатриироваться в Израиль — это оказались опорные документы.

В какой-то момент мне стало тяжело структурировать найденную информацию, и я начал работать с сервисами для построения генеалогического древа (кстати, это хороший заход к поиску документов «с другой стороны») — geni.com и myheritage.com. Удобно, что их данные синхронизируются; неудобно, что за сервисы нужно платить. Но если ты увлечённый искатель, эта сумма окупается с лихвой. Важный бонус — эти сервисы позволяют искать соответствия в оцифрованных архивах.

На данный момент в моём генеалогическом древе на MyHeritage порядка 1200 человек — я дошёл до корней в Белоруссии середины XVIII века. Начиная с себя, ты запускаешь цепную ядерную реакцию, которая позволяет обнаруживать всё новые и новые частицы семьи.

Слева: скриншот карточки на myheritage.сom. Пока самый дальний предок около 1760 года рождения. Справа: оцифрованный белорусские архивы с jewishgen.оrg. Сопоставить данные тоже целый квест
Слева: скриншот карточки на myheritage.сom. Пока самый дальний предок около 1760 года рождения. Справа: оцифрованные белорусские архивы с jewishgen.оrg

Благодаря своим раскопкам уже после переезда в Израиль я нашёл телефон одного из родственников. Позвонил, сказал, кто я. Он, конечно, очень удивился, мы назначили встречу — и туда пришло около 30 человек, 30 моих родственников-израильтян, которые репатриировались в «лохматом» 1997 году с Дальнего Востока. Среди этих родственников есть основатели хабаровской еврейской общины, благодаря некоторым из них были созданы прямые рейсы из Хабаровска в Израиль в 1990-е годы.

Моя двоюродная тётя была сотрудником архива (похоже, гены есть гены), в ходе исследований она нашла сведения о разрушенной синагоге в Хабаровске, и именно благодаря ей с 2005 года синагога стоит на своём месте. Но случались и драматические истории: я пытался примирить родственников, которые не общались, а мои попытки привели к ещё большей ругани и киданию денег в лицо.

Я постоянно получаю уведомления о новых совпадениях с родственниками, и это вновь запускает дело. На определённой стадии становится неважно, продолжаешь ты активные поиски или забросил их, — ты всё равно находишь новых людей. Бывает, что даже про хорошо изученных родственников можно встретить новую информацию: о местах, где они бывали, о жизни — это всё создаёт новые витки расследования.

Наличие столь подробных документов вызывает у консулов бурную реакцию. Когда мы с братом подтверждали еврейство в раввинате, раввин даже попросил сфотографировать наши документы, и я оставил ему свои контакты.

Бывает, что ко мне обращаются люди из «Сохнута» или направляют кого-то, чтобы я помог в поисках документов, поэтому сейчас мои исследования не ограничиваются восстановлением только моей родословной.

Вся эта история — она не про поиск документов; это история о поиске себя. Благодаря ей я оказался в Израиле. Брат с семьёй тоже переехал сюда. Будьте готовы к тому, что любую, даже самую простую информацию необходимо уложить в голове, не говоря о шокирующих фактах и раскрытии семейных тайн.

Всем, кто хочет начать поиски, я желаю быть пытливыми, азартными и вместе с тем настойчивыми. Это кропотливая работа, она требует много времени, но все вложенные усилия не только окупаются, но и приводят к значимым изменениям в жизни.

Фото из личного архива Никиты
Записала Настя Венчикова

Читайте также:

«Цимес» — еврейский проект, где рады всем

✡️ Мы не попросим у вас справку от раввина, но расскажем, как её получить, если она вам нужна. Мы также будем вам рады, если вас просто по необъяснимым причинам тянет к звездам Давида и форшмаку.

Еврейский проект, где рады всем