РАССЫЛКА
Наша еженедельная рассылка от редакции и друзей проекта

Что евреи забыли в Умани? Рассказываем, почему каждый год тысячи паломников едут в украинский городок

Каждую осень тысячи людей в кипах и с пейсами приезжают в украинский город Умань, чтобы молиться и веселиться. В этом году, несмотря на все ограничения, связанные с пандемией, там снова оказалось более 20 тысяч паломников. Зачем они это делают и как проводят эти дни, разобралась автор «Цимеса» Настя Венчикова

В 80-тысячную Умань на период осенних праздников ежегодно приезжают 40-50 тысяч евреев, привозя с собой свои порядки и обычаи — например, кошерную еду. Город совершенно меняется на неделю-две, а с отъездом паломников всё возвращается на свои места, чтобы повториться следующей осенью.

Приезжают евреи самых разных течений, но особенно в Умань стремятся последователи одного из религиозных направлений в иудаизме — брацлавские хасиды. Дело в том, что именно там похоронен основатель этой ветви хасидизма, раби Нахман из Брацлава. Среди его последователей считается благом и праведным поступком встретить Рош а-Шана, еврейский Новый год, возле могилы раби. Многие брацлавские хасиды стараются попасть в Умань каждый год; могила раби Нахмана — третье по популярности место паломничества хасидов, после горы Мерон в Израиле и могилы Любавического ребе в Нью-Йорке.

С чего всё началось? 

Раби Нахман родился в Брацлаве в 1772 году, спустя четыре года после гайдамацкого восстания, во время которого Умань была взята в осаду и погибло, по разным оценкам, от 12 до 20 тысяч жителей города и его окрестностей, в основном евреев и поляков. В еврейскую историю это событие вошло под названием «Резня» (или «Уманская резня»). В 1810 году Нахман из Брацлава — правнук основателя хасидизма Бааль Шем-Това — начинает скитания по местечкам Украины. Оказавшись в Умани, он просит похоронить его там, говоря: «Души умерших за веру ждут меня». 

Согласно иудаизму, невинно убитые за веру автоматически приравниваются к праведникам — это называется «кидуш Ашем» (освящение имени Вс-вышнего). Считается, что в месте упокоения праведников находится особый канал связи со Вс-вышним. 

Как получилось, что тысячи евреев ежегодно едут в Умань?

Через своего ученика, раби Натана Штернгарца, Нахман передал последователям завещание, где сообщил, что каждый, кто приедет к нему в канун Рош а-Шана, помолится, прочитает псалмы и даст деньги на цдаку (благотворительность), будет освобождён от грехов.

После смерти раби Нахмана в 1810 году раби Натан начинает продвигать учение брацлавского цадика (праведника) и организовывает первые поездки на его могилу.

Фото сверху: Брацлавские хасиды на могиле рабби Нахмана в советское время (60-70 е гг.). Могила рабби Нахмана в наши дни. Фото снизу: Брацлавские хасиды на могиле рабби Нахмана накануне Рош а-Шана (открытка начала ХХ века)
Паломничество к могиле раби Нахмана в советское время (внизу) и в начале XX века (вверху)

К 1930-м годам паломничество практически прекращается — большевики закрывают границы и запрещают религиозные практики. После введения визового режима, который позволял иностранцам посещать только определённые города СССР, паломникам приходилось добывать визу в Киев и, рискуя жизнью и свободой, искать людей, готовых отвезти их в Умань. Удавалось это немногим. 

Что случилось с могилой раби в Советском Союзе?

Во время Второй мировой войны еврейское кладбище Умани было разрушено нацистами. На его месте решили построить новый жилой район, и могила цадика оказалась под угрозой. Хасиды рассказывают, что ситуацию спас некий гер (нееврей, перешедший в иудаизм. — Прим. «Цимеса») — власти не заподозрили его в связи с евреями, так что он выкупил участок земли, где находилось захоронение, и построил там дом, но так, чтобы могила прилегала к стене жилища.

Уже после распада СССР, в 1994 году, президент Украины издал указ о создании на месте захоронения раби Нахмана Историко-культурного центра. Новых владельцев дома переселили, а на участке со временем воссоздали оэль — ритуальную постройку на могиле цадика. 

Что делают хасиды в Умани и как общаются с местными жителями? 

Чаще всего люди едут на несколько дней во время Рош а-Шана, иногда, если могут себе это позволить, остаются на неделю или дольше, вплоть до Йом-кипура. В обычные дни на оэль есть отдельный вход для женщин и мужчин, но в силу трактовок учений раби Нахмана принято считать, что Рош а-Шана — наиболее «мужской» праздник. Женщины чаще приезжают на Хануку. 

Фото: serhiinikolaienko / 123rf.com
Фото: serhiinikolaienko / 123rf.com

Цель всегда религиозные практики и обряды, но не все горожане хорошо к этому относятся — согласно исследованию проекта ReHerit, вышедшему в ноябре 2018 года, самые распространённые утверждения жителей города о паломниках таковы: «паломники создают хаос вокруг себя» и «они приезжают развлекаться и не уважают местных жителей Умани». Часто говорят, что Умань живёт за счёт паломничества, но местные жители считают иначе: по их мнению, доходы от приезда хасидов не попадают к простым горожанам и не тратятся на обеспечение нужд города. 


Что с Уманью в этом году?

Важно понимать, что ядро брацлавцев — довольно нонконформистская группа. Для них, согласно учению раби Нахмана, преодоление препятствий по дороге к цадику является благом.

Чем больше препятствий ты преодолеваешь, тем больше святости в твоём визите. Так что проблемы «корона»-ограничений лишь раззадорили хасидов — они умудрялись прорваться к могиле цадика даже во время локдаунов в прошлом году. 

В нынешнем сезоне ограничений на въезд в Украину нет, хотя в плане пандемии и эту страну, и Израиль благополучными не назовёшь. Несколько тысяч паломников побывали на оэле раби Нахмана заранее, в июле — августе, но, по данным Украинской национальной полиции, в период осенних праздников ожидается порядка 50 тысяч визитёров.

Как попасть в Умань? 

Прилететь в Киев, а оттуда добраться до Умани на автобусе (5 долларов) или такси (100 долларов). Ехать по времени одинаково — примерно три-четыре часа. 

Приезжать в Умань можно круглый год, вход к цадику свободный. 

Остановиться можно в городской гостинице или снять квартиру. Цены на жильё меняются каждый год и зависят от близости к оэлю и условий проживания. Примерный диапазон — от 100 до 1000 долларов (за ночь во время праздников).

Фото: serhiinikolaienko / 123rf.com
Фото: serhiinikolaienko / 123rf.com

Ещё есть гостиницы, построенные паломниками, выкупленные ими квартиры в домах рядом с местом захоронения, шалаши для самых малообеспеченных и другие варианты, но субсидированного жилья не хватает на всех желающих. 

Алла Марченко

Варшава — Иерусалим
Пишет диссертацию о влиянии паломничества хасидов на рамки локальной памяти в городах Украины и Польши, в частности в Умани

— Умань — мой родной город, я родилась там и жила до 1999 года. Уже тогда паломничество было заметным явлением, но не так, как сейчас. Я видела город перед Рош а-Шана 30, 20, 5 лет назад и сегодня, и этот опыт отличается: не только потому что количество паломников растёт, но и потому что сейчас приезжие живут не только в так называемом «квартале паломничества», но и в других районах. 

Фото: wladyslawmus / 123rf.com
Фото: wladyslawmus / 123rf.com

Накануне Рош а-Шана и в сами дни праздника в «кварталах паломничества» много полиции, патрулей и блокпостов, за порядком и соблюдением правил местные власти следят довольно серьёзно. В микрорайон, где находится могила раби Нахмана, во время праздников имеют доступ лишь люди с пропиской в этом квартале, лицензированные журналисты или паломники. 

Образ пилигрима среди уманчан формируется по внешним контактам: люди, которые выходят за рамки микрорайона, ходят на рынок, в супермаркет и просто по улицам города, формируют образ человека праздного, ищущего развлечений, а не молитвы. Но это не вполне верно: хотя встречаются те, кто приезжает в поисках приключений, ядро паломничества в целом — это люди религиозные, они ищут уединения.

Точно так же образ местного жителя у паломника формируется согласно тем эпизодическим контактам в сфере обслуживания, с которыми он сталкивается: человек не особо образованный, ищущий возможностей обобрать паломника, выучивший несколько базовых фраз на иврите.

Стереотипы с обеих сторон не соответствуют реальной картине, она намного богаче и интереснее. 

Сейчас в городе постоянно живёт несколько десятков религиозных семей — эти люди решили переехать в Умань, поближе к раби Нахману. Часть из них имеет украинское гражданство. В городе круглый год функционирует несколько общин и синагог.

Борух 

Иерусалим
Имя героя изменено по его просьбе

— Мой дедушка из местечка под названием Тульчин, моя прабабка из местечка Гайсин недалеко от Брацлава и Умани. Земляки моего дедушки, с которыми я общался, говорили, что там жили брацлавские хасиды. То есть можно сказать, что я имею прямое отношение к раби Нахману. 

Расскажу о том, как я оказался в Умани. 2018 год, середина декабря, Ханука. Я живу в Москве и изучаю Тору. Поехать в Умань на Шаббат меня уговорил мой друг — израильтянин, сын раввина (выглядит как безопасная компания). Рейс был транзитный, через Минск. Я прилетел в Жуляны — место, слабо напоминающее аэропорт: никаких проверок, пограничников, вокруг контингент среднестатистического вокзала.

Мой друг и ещё пара израильтян встретили меня, и мы поехали на такси в Умань. На месте были уже ночью, заселились в дешёвую гостиницу. Девушки на ресепшене очень обрадовались, что я говорю по-русски, — я помогал им общаться с израильтянами. Друг всё организовал на Шаббат — Шаббат как Шаббат. Да, немножко антуража и атмосферы, но в целом ничего необычного. Но ощущения от места…

Мне кажется, я попал в идеальное время: в городе не было толпы паломников, лишь небольшая группа израильтян и американцев (сатмарские хасиды почему-то тоже любят ездить к раби Нахману). Я с большим трудом нашёл ашкеназский миньян (кворум из 10 религиозных мужчин, необходимый для молитвы. — Прим. «Цимеса») — хотя казалось бы! 

Фото: nikonowv / 123rf.com
Фото: nikonowv / 123rf.com

Было весело. Благодаря отсутствию толп хватало времени, чтобы прочувствовать место: в Рош а-Шана там давка, суматоха, шум; наверное, тысяч сорок людей. 

Что я чувствовал? Умиротворение, спокойствие, отчасти ностальгию; как на кладбище. Хотя вся Восточная Европа, по сути, и есть одно большое еврейское кладбище. Эти чувства были немного странными, но мысль о связи с предками шла красной нитью через всю поездку. 

В учении раби Нахмана есть понятие «некудот товот»: когда человек чувствует духовный спад, он должен находить светлые точки, искры, которые в нём есть. Оставаясь наедине с самим собой, человек осознаёт количество собственных прегрешений, впадает в уныние и отчаяние. Это очень опасная вещь, потому что самое страшное последствие греха — оставить свою связь со Вс-вышним. Раби Нахман говорит: «В такие моменты нельзя отчаиваться, ты должен находить в себе светлые точки». Замечать и подмечать, в чём ты молодец и что тебе удалось (конечно, не переходя к чувству собственного величия). 

Я думаю, что сегодня поездки в Умань, особенно на Рош а-Шана, — это не нормальная ситуация, а распиаренный бизнес.

Раньше люди ехали туда осознанно, понимали, кто они, куда и зачем приехали. Теперь же — куда все, туда и я.

Основной вопрос Дней трепета, от Рош а-Шана до Йом-кипура, — сколько искренних усилий ты прикладываешь, чтобы дать себе отчёт о содеянном, раскаяться и измениться? Также не вполне ясно, зачем ехать в Умань из Израиля, как можно покинуть Святую Землю в один из важнейших праздников еврейской жизни.

Фото: wladyslawmus / 123rf.com
Фото: wladyslawmus / 123rf.com

Кроме того, когда ты молишься непосредственно человеку, его костям и мощам — это большая проблема в иудаизме. Но практика молиться на месте упокоения праведника не запрещена, ведь ты просишь в первую очередь у Вс-вышнего. Я же думаю, что могилы праведников — это не плохо, но наша цель — Храм, и надо стремиться его отстроить не на словах, а на деле.

Записала Настя Венчикова

«Цимес» благодарит Аллу Марченко, докторантку Польской академии наук, за помощь в подготовке материала.

Читайте также:

«Цимес» — еврейский проект, где рады всем

✡️ Мы не попросим у вас справку от раввина, но расскажем, как её получить, если она вам нужна. Мы также будем вам рады, если вас просто по необъяснимым причинам тянет к звездам Давида и форшмаку.

Еврейский проект, где рады всем