Как я поступила в латинскую школу, а она оказалась еврейской гимназией

25 октября, 2021
Читать: 9 мин

Буллинг, «династические браки» и факультативный иврит: что будет, если без предупреждения слить классических гимназистов с 11-классниками из еврейской школы? Корреспондентка «Цимеса» Соня Назарова обдумывает свой личный опыт

— Многие учатся в одной школе с первого по 11-й класс, кто-то уходит после девятого, а кто-то и вовсе меняет школы как перчатки. Я сменила школу один раз. 

Сначала я училась в московской школе №669 — прямо рядом с домом. Класс, куда я пошла, был гимназическим, так что мы с родителями убили двух зайцев: близко и хорошее образование. 

Соня Назарова. Фото из личного архива
Соня Назарова. Фото из личного архива

Начальные классы у меня прошли блестяще, а вот в средней школе начались проблемы. Учителя совершенно перестали обращать внимание на учебный процесс, а обсуждали лишь последние школьные сплетни и разборки, да и контингент школы как будто очень испортился — ребята не особо стремились что-то изучать. Вообще я не собиралась уходить из этой школы, ведь мне было там привычно и удобно, однако ситуация заставила меня задуматься и поискать какие-то варианты. 

К концу седьмого класса я окончательно приняла решение уходить из своей старой школы в другую. Хотелось найти место, где меня будут учить думать, читать, обсуждать всякие книжки и говорить на древних языках. Оказалось, что в Москве есть такая школа №228, совмещённая с лицеем при РГГУ. Гуманитарное направление там преподавали глубже, чем в обычных школах, в расписание включали весьма интересные дисциплины — латинский язык, философию, религиоведение. Можно было выбрать один из нескольких современных языков, да и не гуманитарные дисциплины тоже вели сильные учителя. Короче, школа мне идеально подошла, и «почему бы и нет» обернулось поступлением в лицей без экзаменов.

Всё шло своим чередом до 2013 года — тогда московский департамент образования внезапно ввёл постановление о слиянии школ. Насколько я помню, у московских школ начались лютые проблемы с финансированием, и таким образом в департаменте хотели исправить сложившуюся ситуацию. Однако делали это без предупреждения, так что для нас это тоже стало сюрпризом.

Нашу школу слили с еврейской гимназией №1540. Казалось бы, что может пойти не так?

Перемены оказались довольно резкими для неподготовленных учеников: в школу вдруг стали приходить мальчики с пейсами и в каких-то странных одеждах. Потом мы узнали, что в «еврейских» классах были и девочки, просто они не слишком внешне отличались. Следующий культурный шок мы испытали, когда в какой-то момент осенью (сейчас я понимаю, что это был праздник Суккот) эти новые мальчики и девочки пришли в столовую с каким-то лимоном и пальмовой ветвью. Они их никак не использовали, просто ели наши пиццы, но выглядели очень и очень дико.

Со слиянием школ появились новые предметы — иврит и еврейская культура, но нам, почти 11-классникам, предложили их как факультатив. Наши родители совсем не хотели, чтобы вводили эти уроки, но не потому что кто-то был против евреев или их языка и культуры. Просто в нашем классе и так большая нагрузка, и казалось, что английский, латынь, немецкий и итальянский не вяжутся с ивритом ну никак.

На родительском собрании был скандал: новое школьное руководство хотело чуть ли не насильно добавить еврейские предметы в наше расписание. Но родители победили.

Вообще, школьная система и правда стала нелогичной. Нас заставляли учить новые предметы, а ребята из еврейской школы просто иногда приходили на наши уроки физкультуры, географии и труда. И в нашу столовую! А большую часть времени они всё равно проводили в своём отдельном «еврейском» корпусе. 

Соня (справа) в гимназии. Фото из личного архива
Одноклассницы Сони в гимназии. Фото из личного архива

Новый директор отчаянно намекал, что если ходить на один из «еврейских» предметов факультативно, то все оценки станут лучше. Но никто этого так и не сделал. Лично я по приколу сходила разок на иврит, но урок был не первый, я ничего не поняла и решила, что это великое знание пока не для меня.

Казалось бы, утрясли расписание — и больше проблем не будет. Но в нашей школе учились не только высоколобые гуманитарии, были классы с довольно обычными детьми.

К сожалению, многие ребята оказались не готовы к такому культурному слиянию. Они начали конкретно гнобить еврейских мальчиков в раздевалках. 

Там были настоящие ужасы вроде тех, что показывают в американских фильмах про трудные классы: парни переворачивали «еврейские» раздевалки вверх дном, срывали вешалки, пачкали краской из баллончиков верхнюю одежду, временами писали всякие непотребства на стенах. Но по национальному признаку не оскорбляли, кстати. Дело было не в этом — хулиганам просто не нравились новые люди, которые как будто нарушили обычный ход вещей. Да и, наверное, они были недостаточно знакомы с еврейской культурой, чтобы знать, как хорошенько оскорбить новичков. 

Администрация устроила общее собрание старших классов (без нового еврейского) в актовом зале. Учителя были недовольны, предлагали, наконец, принять то, что мы теперь еврейская школа и от этого никуда не денешься, напоминали, что новые ребята такие же, как мы, и в том же положении — попали в чужеродное окружение, где о еврейских традициях никто ничего не слышал. Наш класс только посмеивался — мы в разборках участия не принимали, у нас училась 21 девочка и трое очень гуманитарных мальчиков, какие уж там драки.

Соня (крайняя справа) с одноклассницами. Фото из личного архива
Соня (крайняя слева) с одноклассницами. Фото из личного архива

Но, насколько мне известно, буллить евреев стали меньше после этого собрания. Даже случилось несколько «династических браков» между представителями разных школ — кто-то влюбился, у кого-то закрутился роман.

Пара девочек из моего класса записались на иврит, только чтобы посмотреть на новеньких мальчиков, ведь у нас, как и в любом гуманитарном классе, был жуткий дефицит парней.

После того как я окончила школу, всё вроде как поменялось в лучшую сторону. Пришёл ещё один новый директор, и всех разделили на два корпуса: здание школы №228 отдали под начальные классы, а здание школы №1540 досталось остальным. Наш большой спортивный зал так и остался общим — и наша прекрасная столовая, видимо, тоже. 

Мне кажется, что тот проект по слиянию школ был странным решением, хотя бы потому что объединяли их не по принципу схожести направлений, а по территориальному признаку. Наверное, если бы нашу школу слили с похожей школой без резкой разницы в культурном бэкграунде, не возникло бы такой ерунды. 

Хотя лично я была рада, что нас слили с еврейской гимназией: именно тогда я начала изучать свои корни, так что для меня в результате всё удачно сложилось. Сейчас я бы с удовольствием поучила иврит — даже жаль, что для школы я уже старовата. И всё-таки учителям тогда стоило сразу провести общее собрание, чтобы мы все познакомились, может, послушали бы лекцию про еврейскую культуру — это ведь безумно увлекательно. Хулиганам, конечно, вряд ли бы зашло, но они хотя бы не стали бы всё крушить от непонимания. 

Автор: Соня Назарова

Читайте также:

О нас

«Цимес» — еврейский проект, где рады всем

✡️ Мы — русскоязычные евреи, живущие в России. Мы знаем, что мы евреи, но пока ещё не разобрались, что это на самом деле значит сегодня — быть евреем.

Чтобы понять это, мы изучаем, что думали про это наши предки, разбираемся, как еврейская культура, религия, традиции и сообщество проявляются в нашей жизни — и ежедневно рассказываем о нашем опыте и открытиях.

Жизнь современных евреев